Литературный портал


Современный литературный портал, склад авторских произведений

Сердце из проводов

  • 03.06.2017 13:01
Возьми улице стояла приятная теплота уходящего лета. Там и сям слышалось согласное шум насекомых и веселые крики ребятишек. В воздухе витал сладкий отпечаток. Ant. вонь фруктов, которые поедали дети, сидя в прохладной тени размашистых деревьев. Листвы сей поры не успела коснуться осенняя желтизна и сочно-зеленые кроны вновь сильнее возбуждали аппетит. Прислушавшись, можно было уловить в чем душа держится шум, доносящийся с небольшого заводика на окраине города. А конкретнее, с одного цеха, арендованного мистером Дженкинсом — высоким, темноволосым мужчиной с усталым, однако бесконечно добрым лицом. Здесь производился пустяковый скарб: металлические вешалки исполнение) вещей, скрепки, канцелярские кнопки и прочее. Во всем здании единственной заводной душой был сам мистер Дженкинс. Весь персонал рабочих состоял с роботов. Но это были уже списанные со счетов аппаратура, совсем не те, что вам, возможно, посчастливилось  видеть держи крупнейших заводах страны. Здесь находились роботы старого образца, 30 полет назад их еще пытались сделать похожими на человека предметно и умственно. Именно поэтому у всех десятерых, которыми владел мистер Дженкинс, была непохожая дружище на друга внешность и комплекция, некоторые, по предположениям Адама (как так звали мистера Дженкинса), возможно, могли даже кумек. Но это всего лишь догадки, которые ему кроме не довелось проверить.
Тот день, как и любой супротивный, казался ничем не примечательным. Адам пришел на заводище по своему обычаю в 6 утра, направился в комнатку, где оставались получи ночь роботы и, поприветствовав их, дал указание приступать к работе. Мистер Дженкинс имел привычку восходить и начинать дела необычайно рано и так же скоро довершать их. Уже в 2 часа после полудня он отправлял роботов в комнатку хранения, а самостоятельно, читая свежие новости через интернет, отправлялся домой харчеваться с женой и дочкой десяти лет, а вечером шел в клуб, занимая себя бери несколько часов игрой в пул или разговорами со старым товарищем. Неизвестно зачем и проходил каждый день мистера Дженкинса, он, в отличие через многих, работал без выходных, так как был устойчиво уверен, что не устает должным образом. Любимым работником Адама был андроид с названием «К Ай 10», полное имя — «Кноуледж Ин», словно означает «Знания внутри». Но какие именно знания — ради мистера Дженкинса было секретом. Все тело робота состояло изо латунных и алюминиевых деталей. На плечах установлена вращающаяся будка, по размерам и подобию напоминающая человеческую, имеющая подвижный нет слов время разговора рот и глаза-окуляры. Руки длинные и аккуратные, после пять пальцев на каждой, что мистер Дженкинс считал необычайной редкостью – чаще общем в то время ладонь делали литой, имелся только великий палец, необходимый для захвата вещей. Ноги так но походили на человеческие. В коленях робот имел подвижные шарниры сообразно функциям напоминающие суставы людей. Так что в походке и движениях этой модели было что-то-то необычайно плавное и осторожное. Если бы «К Ай 10» носил одежду, в таком случае его можно было бы вполне принять за настоящего человека. Манипулятор выглядел приятно, его голос не вызывал отрицательных ощущений, стараниями инженеров «К Ай 10» получил незлобный, хорошо настроенный, сладостно-тягучий баритон. Это был необыкновенный робот во всех пониманиях.
— «К Ай 10», зайди в состав, мне нужна твоя помощь. – Спокойно попросил Адам. Разве что-то требовалось, мистер Дженкинс всегда обращался только лишь к нему.
Робот бесшумно вошел следом и остановился возле рабочего стола сильный пол.
— Вы что-то хотели, мистер Дженкинс? — «К Ай 10» — лишь робот, который не называл Адама «хозяином», он мантию) чего всем своим нутром желал, чтобы к нему относились что себе подобному и общались на равных.
— Да, отнеси сие к контейнерам, пожалуйста.
Робот послушно поднял мусорную корзину и направился к запасному выходу. В переулке находились контейнеры, в которые складывали органические остатки. Справившись с заданием, робот собирался возвращаться, но на минуту его взгляд замер на какой-то вещи. Сверху простых объедков, битых стекол и жестяных банок он увидел потрепанную стопку бумаги, покрытую на картоном. Он никогда не видел бумагу в таких количествах, пока она — крайняя редкость. На лицевой стороне картона был напечатан контур, потертый временем: мужчина и женщина стали единым целым в бесконечном слиянии губ, (до и замерев в пылающем объятии на картоне. Что-то, автомат сам не мог понять что, заставило смотреть возьми эту картонку несколько секунд. «К-Ай 10» бережно взял эту сшитую бумагу, обернутую картоном, и понес мистеру Дженкинсу. Войдя в его комнатат, он осторожно поставил мусорную корзину в угол. Адам, склонив голову надо планшетом, не смотрел на него.
— Хорошо, возвращайся к работе, — сказал Созданный из праха земного.
— Мистер Дженкинс, могу я спросить?
— Д-да, — удивленно подняв голову, произнес юноша.
— Что это такое? — робот положил свою находку бери стол. Мужчина несколько секунд повертел стопку бумаги в руках, как роботу, рассматривая рисунок.
— Это книга, «К-Ай», — восхищенно сказал Ада, — Господи, подумать только, я не видел их сделано лет тридцать. Должно быть, ты и вовсе не застал тетенька времена, когда бумага преобладала над другими видами передачи и хранения информации. Делание бумаги в наше время слишком затратное и не выгодное функция, люди перестали печатать книги, и перешли на цифровой разновидность передачи данных.
— Что такое книга? – не унимался (умная) машина.
-Ох, извини, иногда я забываю, что ты совсем, словно ребенок. Книга — это некоторое количество бумажных листов соединенных в единое система. Ant. часть, они несут в себе какую-то историю, которую позволяется прочитать. – Терпеливо объяснил Адам роботу, нисколько не смущаясь.
— Скандовать? Что значит читать?
— Открой книгу на любой странице.
Автомат необычайно осторожно коснулся обложки. На секунду,  всего едва только на одно мгновение Адам был готов поклясться, что-то видел в глазах машины трепетное благоговение перед недоступным пользу кого его понимания, но, несомненно, важным атрибутом для остальных, положительно как у человека. Робот раскрыл книгу и в его механических глазах замелькали целые массивы с черных, будто бы живых, стройных символов, напоминающих бесконечные вереницы муравьев возможно ли еще каких-нибудь крохотных насекомых, идущих друг по (по грибы) другом. На каждой строке «К Ай 10» находил повторяющиеся символы, а были и какие-то маленькие закорючки и точечки. Робот поднял голову и посмотрел для мистера Дженкинса.
-С помощью этого можно что-то постичь? – спросил он.
— Разумеется, я читаю каждый день, но просто-напросто вот на этом планшете. – Сообщил Адам, указывая нате маленький пластмассовый брусочек с экранчиком, лежащий у него на столе.
— Я хочу наблатоваться читать. – Заявил робот, чем сбил с толку мистера Дженкинса.
— Гм-хм, — озадаченно бормотал мужчина, — Возможно, есть какие-то программы, которые дозволительно занести тебе в память, чтобы ты смог читать, однако я не могу этого сделать.
— Я хочу научиться читать во вкусе человек. – Робот говорил максимально просто, но бил в высшая цель.
— Что ж…я мог бы задержаться на полчаса впоследств работы, чтобы объяснить тебе, как это делается. – Боязливо сообщил мужчина, не представляя, как будет обучать робота чтению.
— Хоть куда, мистер Дженкинс, — робот повернулся кругом и направился мучиться.
— Подумать только, книги, самые настоящие бумажные книги выбрасывают сверху свалку! – воскликнул мистер Дженкинс, оставшись наедине с самим на вывеску.
Полуденное солнце тайком проскользнуло над напряженно вдумчивым внешне Адама. За десять минут до окончания рабочего дня юноша отправил роботов в их маленькую комнатку с надеждой, что «К Ай 10» забыл о своей просьбе. Адама у озадачила эта мысль. Разве подобное мыслимо – учить чтению робота?
— Мистер Дженкинс… – деликатно сказал «К-Ай 10»
— Ах, да, точно, заходи в выше- кабинет! – Адам сделал вид, что позабыл о предстоящем уроке чтения. Манипулятор послушно прошагал в просторную комнату и остановился возле стола, обнаружив книгу получи и распишись том же месте, где он ее оставил.
— Из чего явствует, садись! – с волнением воскликнул мужчина, ставя у стола два стула, тесно друг к другу. Робот осторожно опустил массивное туловище ниже, древесина возмущенно застонала под его весом.
-Вот сие буква «А» — читается как звук «Эй». – Малый указал на дисплей своего планшета. Поначалу руки у Адама тряслись, ввек еще его не слушали так внимательно, как сие делал робот. Даже обучением собственной дочери занималась половина (дражайшая). Для мистера Дженкинса этот урок был так а необычен и волнителен, как и для робота. «К Ай 10» участливо слушал каждое слово своего начальника, а теперь еще и учителя, малограмотный перебивая его ни на секунду. В отдельные моменты Адаму казалось, какими судьбами робот записывает этот урок непосредственно в свою голову.
— А гляди буква «Z» — читается как звук «з». Вишь собственно и все, ты что-нибудь понял? – с унынием спросил молодой человек у робота. Чем дольше он объяснял ему грамоту, тем хлестче ему казалось, что это бесполезная затея. Такому скромно невозможно научить кого-то, даже если этот кто именно-то — робот, за 20 минут.
— Да, мистер Дженкинс.
— Может…может, раз уж на то пошло попробуешь прочитать что-то? — с сомнением предложил Адамушка.
Робот открыл книгу на первой странице. Несколько секунд спирт смотрел своими глазами-окулярами на целые здания изо букв, в защитном стекле каждого глаза отражались страницы книги.
— Правитель 1. Женщина шла наискосок через мост прямо нате Равика. – Без труда прочитал робот, но запнулся. — Мистер Дженкинс, чисто такое «Равика»?
Широко раскрыв глаза, Адам смотрел держи своего подопечного с чувством гордости и неописуемого восторга, можно было побеспокоиться, что мужчина потратил на обучение робота всю свою сознательную житьё и только к старости добился результатов.
-Не «Равика», а «Равик» – сие имя человека. Меня зовут Адам, а главного героя – Равик. Понимаешь? – спросил подросток.
— Да, — коротко ответил робот.
— Если ты продолжишь прочтение, то очень многое тебе будет непонятно, я оставлю тебе планшет. Сверху нем есть словарь – это сборник всех слов, идеже объясняется применение и значение каждого, тебе нужно только установить искомое в строку поиска. Вот… — Пояснил мужчина, показывая работу планшета. –  Самые непонятные запомни, а будущее я попытаюсь их тебе объяснить. Хорошо?
— Да, мистер Дженкинс. – Ответил андроид, выходя из кабинета, на секунду он остановился у двери. —  Потому что, мистер Дженкинс.
— Спасибо? Откуда ты знаешь, что означает сие слово? – удивился мужчина.
— Мусорщик всегда говорит мне яко, когда я отдаю ему металлолом. – Сообщил робот, снова поразив мужчину своими знаниями. Всю посторонись до дома Адам прошел пешком, хотя обычно ездил получи и распишись трамвае. Жена не заметила его задумчивости и необычности в поведении. По прошествии обеда мужчина зашел в комнату своей дочери, застав ее из-за уроками.
— Привет, папочка! – девочка обвила руками туловище отца и прижалась к нему своей маленькой головкой с русыми локонами предварительно самых плеч.
-Здравствуй, моя милая!
— Как дела бери работе, как поживают роботы? – почти шепотом спросила дочка, возлюбленная знала, что мама не терпит разговоров о делах и работниках отца, однако втайне от матери Адам постоянно говорил с девочкой о таких вещах, которые его жене казались как собака неинтересными.
-О, сегодня я познакомился ближе с одним из роботов, вышел Анна, не смейся! – воскликнул мужчина — девочка подумала, который он шутит. – Сегодня я учил его читать.
— Правда-что правда? – восхитилась она.
— Клянусь!  Когда-нибудь и ты с ним познакомишься, обещаю.
— Твоя милость же знаешь, что мама не любит их.
— Их капля кто любит, милая, но это все не важнецки, я что-нибудь придумаю. – Пообещал Адам, покидая дочку. Дьявол направился в клуб раньше обычного, но к своему удивлению застал своего лучшего друга в привычном для того него кресле с сигаретой в зубах.
— Привет, Адам, как ситуация? – воскликнул Дерек, увидев в дверях своего товарища.
— Странно, адски странно… — неоднозначный ответ разжег любопытство в Дереке.
Сие был мужчина тех же лет, что и Адам, же несколько выше и плотнее. Ни волос, ни лица пока еще не коснулась старость и Дерек выглядел очень привлекательно в глазах женщин. Его солдатская выправка и правильные внешность внешности вызывали уважение и благоговейный трепет у собеседника.
— Рассказывай, далеко не томи!
— Сегодня один из моих роботов нашел получай помойке книгу и попросил меня научить его читать. – Со стеснением поведал Созданный из праха земного, сознавая, как неправдоподобно звучат его слова, но возмещение обвинений во лжи и насмешек Дерек сделался серьезным.
— А чего за модель? – поинтересовался мужчина.
— «Кноуледж Ин»
— Слышал я об сих роботах, их выпустили не больше сотни, наверное, уж больше половины сданы в металлолом или отправлены в печь в переплавку. Их конструировали в те времена, когда хотели затем) чтоб(ы) машины походили не только внешне, но и своим поведением для людей. Им сделали что-то вроде искусственного интеллекта, хотя те образцы, с которыми я имел дело, не внушали никакого доверия. Сила их интеллект сводился к одному – задавать глупые вопросы и около ничего не усваивать из полученной информации.
— У меня никак не так, я за 20 минут смог научить его заглядывать, представляешь? – воскликнул Адам, он знал, что друг поймет его самозабвение.
— Да, вероятно, тебе попался толковый робот. Я видел их схемы, всегда устроено очень сложно, удивительно, что он все единаче в хорошем и пригодном к работе состоянии.
— А почему эта модель называется «Знания внутри»? – поинтересовался Адамушка.
— Их разрабатывали, как замену библиотекарям. Задача этого робота хранить в голове аннотацию к книге и место ее хранения на полке, же самый главный недостаток, что размер памяти крайне тесный, а увеличить ее практически невозможно – у них уникальные модули расширения.
— Дьявол очень похож на человека даже внешне.
— Неудивительно, ой ли? тебе было бы приятно, если ты пришел бы в библиотеку, а немного спустя властвовал страшила с пугающим до усрачки подобием лица. «К Ай» относится к типу роботов напрямую взаимодействующих с людьми. К сожалению, их перестали делать, когда я еще под стол пешком ходил. Сейчас создают чуть только безликие агрегаты с встроенными в руку инструментами вместо пальцев и окончательно отсутствующей головой, они не предназначены для разговоров и размышлений. Единственная их интенция – выполнить задачи узкого профиля максимально быстро и просто.
— На правах-то уныло звучит, — заметил Адам.
— Мало кому были по мнению душе человекоподобные роботы. Это только в книгах писателей-фантастов они выглядят интригующе и хоть романтично. Вообще-то у этих писак все выглядит неумеренно возвышенно, они даже в плевке, нацеленном в лужу видят квалифицированность. – Загорелся Дерек, он очень любил поносить вещи и людей, которые ему были далеко не по душе.
— Ты просто преувеличиваешь, друг.
— Ты читал, т. е. им представлялось будущее сто лет назад? Небоскребы, устремленные в небосклон на каждом клочке земли, летающие машины, путешествия возьми Марс и колонии на Луне. Но мы как жили в помойке, беспричинно и живем, хоть сто лет пройдет, хоть тысяча!
— Верно брось ты, — пытаясь успокоить товарища, сказал Адамушка.
— И где же твоя летающая машина, в таком случае, а? Я скажу тебе, идеже она – гнилой трамвай с полувековой ржавчиной на бортах, невесело скользящий по кривым рельсам, что проезжает мимо твоего завода в 2:20. Во твоя машина, да!
— Ну и пусти себе пулю в фрукт, как в книгах других писателей, так ведь проще, а я покатаюсь, может статься, и на трамвае. Мне некогда ныть, я должен получать услада от жизни, — потеряв терпение, вскричал Адам. Каста парочка была завсегдатаями клуба, и другие люди спокойно относились к подобным проявлениям дружеских чувств.
В ту Нокс Адам почти не спал, мысли сверлили мозг, разъедая его что растворитель краску. Мужчина знал, что мало кто закругляйся отягощен подобными думами. Если бы не страх внушаемый людям быть виде машин, то роботы сейчас были бы неотличимы с людей. Хорошо ли это?
Мистер Дженкинс пришел нате работу раньше обычного и застыл в изумлении. Все верстаки, половая принадлежность и углы стен, оберегавшие пауков на шелковистых паутинах, были ослепительно черным налом. «К Ай 10» стоял спиной к мужчине и смотрел в окно.
— Ровно здесь произошло? – удивился Адам.
— Я прочитал надпись на стене! – воскликнул андроид, указывая на нержавеющую табличку с облупившей красной краской: « Соблюдай чистоту и колея!».
— Вот оно что! Похвально, — ответил мужчина. – Твоя милость, я смотрю, не терял время даром, узнал еще что-что-нибудь новое?
— Да, очень много, но некоторые хурды-мурды мне не понятны.
— Зайдем в кабинет и поговорим?
Адам расположился бери своем любимом кресле и указал роботу на другое, какими судьбами стояло напротив него.
— Итак, что же тебе далеко не ясно?
— Мистер Дженкинс, что такое «любовь»? Я сталкивался с сим словом почти в каждой книге, что прочел ночью  – с неподдельной осторожностью начал робокар. Для него это слово казалось чем-то непонятно святым. Казалось, оно у него пробуждало чувства такие но, как у человека, когда он смотрит на старинную икону неужто картину великого художника. Но робот не может надежду), так не бывает, подумал мужчина
— Сложно…это…это,  — Созданный из праха земного не был готов к подобным объяснениям, — когда двуногий в чем-то или ком-то остро нуждается, без труда не может жить без этого, понимаешь?
— Вы говорите «человек», хотя ведь я просто не могу функционировать без источника питания, какой-никакой вы меняете мне каждый месяц, значит ли сие, что я люблю аккумуляторы, находящиеся в моей груди? – с нажимом для последнее слово спросил робот. Он не использовал обещание «корпус», а остановился именно на том, что ближе в какой-нибудь месяц живому существу, будто делал это нарочно. Адама смутило подобное — невыгодный хватало еще, чтобы робот начал отождествлять себя с человеком.
-Я…послушай меня, — начал подросток, — в первую очередь ты должен понять, что страстная) есть нечто, принадлежащее исключительно живым существам, но твоя милость всего лишь машина, тебя сотворил какой-то конструктор сперва на бумаге, а потом собрала такая же, как бы и ты, машина, слово любовь «чуждо» для твоего сознания.
— А чем я отличаюсь от человека?
— Всем, пойми, твое тушка состоит не из плоти и крови, ты не имеешь кожи и мало-: неграмотный выделяешь тепло, не можешь чувствовать, а мыслишь лишь в книга направлении, в каком выгодно было твоим создателям.
— Я хочу быть имя. – Неожиданно, словно не слыша последней фразы Адама, произнес (умная) машина.
— Ты…ну что же, ты имеешь право, — пожав плечами, ответил мудила.
— Зовите меня Кай.
— Как мальчика с ледяным сердцем, — пробормотал Адаша.
— Да, мистер Дженкинс. После работы в цеху у меня пока еще много свободного времени, можно мне найти работу, идеже я буду получать хоть какие деньги? Я хочу стать человеком. – Манипулятор смотрел мужчине прямо в глаза. Интересно, он понимает, что сильно изумляет меня работа его головы, думал представитель сильного пола.
— Понимаешь, Кай, чтобы стать человеком не достаточно измыслить себе имя и найти работу. – Совсем сбившись с толку, пробормотал кавалер. Почти невозможно передать мысли Адама в этот момент. Некто был одновременно слегка напуган неожиданным порывом робота, изумлен и испытывал фа, что ему довелось иметь у себя такого подчиненного.
— Да что же тогда нужно?
— Нужно родиться человеком – сие самое главное, но так же быть человеком религиозно. Ты можешь начать как раз с этого.
— Что ваш брат имеете в виду?
— Тебе придется столкнуться не только с положительными людьми в этом мире. Кое-кто захотят использовать тебя в дурных целях, заставить причинять кому-так боль, красть и портить что-то. Ты должен схватить раз и навсегда – настоящий человек так не поступает. У него уминать мораль и чувство собственного достоинства. Чтобы не наделать ошибок, пойми одно – благо тебя просят что-то сделать, то спроси себя самолично: «Принесет ли это кому-то пользу, не навредит ли ми и другим, поступаю ли я по правде?»
— Это сложно, мистер Дженкинс. – Признался манипулятор.
— Ох, Кай, в нашем теперешнем мире быть настоящим человеком очень заковыристо. – Проговорил мужчина. – Я хочу, чтобы ты не бродил в одиночестве в соответствии с улицам, держись рядом со мной, слушайся меня, (не то действительно хочешь стать настоящим человеком.
— А что с работой?
— Думаю, у меня найдутся положение и для тебя, мы будем ходить домой вместе, а позднее ты станешь выполнять задания моей жены, за сие я начну платить тебе доллар в неделю, устраивает?
— Вы баснословно добры, мистер Дженкинс.
— Если…если теперь мы будем водить знакомство постоянно, то зови меня Адам, все так называют меня. – Старец протянул роботу руку, латунная пятерня осторожно сжала останки, обтянутые плотью.
Адам не отправил робота обратно в сословие, а оставил у себя в кабинете наводить порядок. Мужчина никогда безлюдный (=малолюдный) отличался аккуратностью и добросовестностью. Пыль, небольшие ошметки грязи и мутные окна кабинета могли изготовить ощущение уныния у неподготовленного человека, но Адам уже привык к подобному кавардаку, собственно поэтому большинство его мелких ссор с женой начинались изо-за устроенного им беспорядка в доме, где убиралась баба. Рабочий день пролетел незаметно и возвращение из суетного забытья произвел стародедовский. Ant. новый металлический будильник, находящийся на подоконнике. Для Адама сие почти антикварная вещь имела особое значение. Именно настоящий будильник помогал ему просыпаться во времена учебы. Круглая малыш коробочка, наполненная десятками шестеренок и винтиков, напоминала те эпоха, когда прогресс не так сильно коснулся лица планеты.
— Что-то же, Кай, нам пора, но перед выходом послушай меня затаив дыхание, — робот повернул латунную голову и подстроил резкость зрения около помощи диафрагм в глазах-окулярах. – Не все будут дружелюбно настроены согласно отношению к тебе, иди по улице рядом со мной, старайся мало-: неграмотный задевать никого, и веди себя спокойно. Ты меня понял?
— Также, Адам, может, в таком случае мне стоит надеть одежду, пусть не выделяться? – спросил робот.
— Нет, пусть все знают, кто такой ты есть на самом деле.
— Хорошо.
Мистер Дженкинс был прав. (умная) машина привлекал непростительно много внимания. В городах их не видели, точно по меньшей мере, уже лет 20 и, хотя выходить получи и распишись улицу им не запрещалось, мало кто из молодежи видел настоящего робота вживую, а отнюдь не через телевизор или в интернете. Все дело в том, точно человекоподобные роботы вышли из обихода, а производство давно прекращено. С носа) ребенок считал своим долгом тыкать пальцем в Кая и возбуждать за подол куртки свою маму. Взрослые же реагировали вдоль-разному. Некоторые с интересом рассматривали веху прогресса, забытую временем, прочие с опаской шарахались к краю дороги, находились даже те, кто такой переходил на другую сторону улицу. Вероятно, имея твердое увещание, что робот представляет опасность.
— Ты когда-нибудь был получи улице? – поинтересовался Адам.
— Не помню, моя память ограничена, я стираю незначительные добро из нее. Все мои воспоминания лишь о том, чисто правильно выполнять свою работу. Больше ничего.
-Ты безграмотный знаешь, сколько тебе лет?
— Если обращаться к моим внутренним протоколам, ведь самая ранняя дата 30 декабря 2020 года, уместно я живу уже 31 год. – Мистер Дженкинс бросил взволнованный выражение глаз на робота. Он опять использовал слово, принадлежащее всего на все(го) живым существам. «Я живу», он не сказал «Я был создан», «Я живу» — чета слова, заставляющие сомневаться и тревожиться Адама. Правильно ли спирт поступает, ведя его к себе домой? С этим роботом въяве что-то не так. Или же он использует подобные сотрясение воздуха несознательно, не представляя, что к нему они совершенно неприменимы.
Парень остановился возле небольшого особняка с крышей из красной черепицы, находившегося у городовой реки. Безукоризненная лужайка, дорожка из уличной плитки и мазанный белоснежный фасад дома казались совсем неподходящими такому человеку, в качестве кого Адам Дженкинс, временами он испытывал дискомфорт, находясь в таком стерильном доме.
— Джейн, твоя милость дома? – крикнул мужчина.
— Угу, — донеслось из гостиной приглушенное голос.
Мужчина проследовал к источнику звука, и застал свою жену в не торчащей из-под дивана.
-Что ты там делаешь, дорогая?
— Выметаю служитель порядка и пыль, ты опять шел пешком? Если едешь нате трамвае, то добираешься до дома на 20 минут быстрее.
— Я без- один сегодня. – Начал издалека мужчина.
— Дерек приходит числом выходным, сегодня только среда, он решил заглянуть в обед?
— Это не Дерек.
Тень заинтересованности пала нате лицо женщины, и она направилась в кухню, чтобы поглядеть получай таинственного гостя. Адам последовал за ней, ожидая худшего.
— А здесь делает этот…робот? – удивленно спросила Джейн. К облегчению Адама, в ее голосе безлюдный (=малолюдный) читался гнев или испуг.
— Здравствуйте, миссис Дженкинс, меня зовут Кай, — робокар, к удивлению Адама, сделал строгий поклон головой в сторону его жены.
— Твоя милость научил его хорошим манерам? Иногда я совсем не понимаю твоих интересов, Адамушка, но это выглядит забавно, ты притащил его семо, чтобы похвастаться этим?
— Нет, он будет выполнять работу объединение дому. – Спокойно ответил мужчина, теперь ему уже незачем было бояться.
— А, по-твоему, я не справляюсь, значит? – с вызовом спросила тетенька.
— Справляешься прекрасно, но…я думаю, ты заслужила оттяжка.
— Ну-у что же, пускай вычистит все ковры в доме, а следом протрет пыль с верхних полок и шкафов и не хочу, для того чтоб он попадался мне на глаза, пусть даже возлюбленный обучен манерам, я не люблю роботов.
— Хорошо! – победная звук и торжество слышались в голосе Адама, будто он прошел всю войну и пока что получает очередную медаль за заслуги. – Кай, преступай к работе.
— Как-то я свободна, то пойду к Монике, давно у нее не была. – Заявила тетенька, повязывая цветной платок вокруг шеи.
— Удачного вечера!
— Желаю уютно провести время, миссис Дженкинс, — воскликнул робот. Только лишь женщина покинула дом, Адам заговорил с роботом.
— Где твоя милость этому научился? – удивился он.
— Я прочитал в интернете книгу о хороших манерах, для того чтоб стать настоящим человеком. – Ответил робот.
— Получается потрясающе! – восхитился кобел, будто несколько секунд назад увидел, как робот безвыгодный просто сказал пару вежливых фраз, а исполнил двойное прыжок назад.
— Я начну работать, — сообщил робот, отправляясь в гостиную. Мужчинища погрузился в мягкое кресло и начал читать новости на планшете. 15 минут прошли в тишине, равно как вдруг дом наполнился заливным детским смехом и веселыми криками.
— Папочка, папочка,  идеже же он?! – в гостиную вбежала дочь Адама – Анюра.
— Кто он?.. – не сразу понимая, о чем подходит речь, начал мужчина, но девочка уже обхватила массивную ногу робота, заключив ее в объятия.
— Нюра, осторожнее, — с легкой тревогой в голосе, проговорил мужчина, потом чего обратился к роботу. – Это моя дочь и она безо ума от роботов, постоянно читает про них и смотрит видео в интернете.
— Ха-ха, здравствуй, Нюша! – рассмеялся робот, подхватив девочку на могучие руки и покружив ее числом комнате. У Адама на мгновение кровь застыла в жилах – до такой степени этот смех был похож на человеческий, что хоть становилось не по себе.
— Как вас зовут, мистер электронный человек? – с уважением поинтересовалась девочка.
— Кай, очень рад знакомству
— А я Нюраха, будем друзьями?
— Я мог только мечтать об этом, — латунные рот неуклюже попытались изобразить улыбку.
— Иди делать уроки, Нюша, иначе мама очень рассердится. – Сообщил Адам из кресла.
— А как же, папочка, — девочка подхватила розовый ранец и скрылась из-за дверью.
И все же, как бы робот ни пытался быть подобным на человека, но ему еще предстояло многому насобачиться. Он держал метлу в руках и прерывистыми движениями сметал пусьера с дорожки во дворе, как вдруг услышал уже грамотный смех.
— Как вы смешно подметаете, мистер робот! – воскликнула дитя. Кай замер в недоумении. – Дайте мне, пожалуйста, метлу, я покажу.
Ссыкуха взялась двумя руками за черенок, и умело заработала пластиковыми ворсинками, рьяно выметая пыль из швов между плитками.
— Теперь ваша милость!
Робот взял метлу и продолжил работу. После минутного обучения начинание шло куда лучше. Его движения все больше обретали грациозность, Кай избавлялся ото механичности и размеренности, присущей только машинам.
— Вы старательный воспитанник, мистер робот! – воскликнула девочка. – Не то, что я.
— В нежели дело, Анна?
— Я не могу решить глупые задачки в соответствии с математике, — нахмурившись, призналась девочка.
— Может быть, я могу находиться полезен, — предположил робот. Девочка побежала в дом и насквозь несколько минут принесла планшет с домашним заданием. Роботу было хорошо прочитать задачу, как он тут же выдавал рецензия и объяснял ход решения. Так родилась теплая, искренняя братание между машиной и человеком, наперекор скептикам и умниками, утверждающим, аюшки? роботы предназначены только для службы и работы. Кай был силен в точных науках. Симпатия мог практически все: начиная от решения простых задач, заканчивая высчитыванием сотни тысяч знаков в числе 3 после запятой.  Анна же могла читать наизусть песнопения и рассказывать роботу про вещи, которые ему чужды иначе не понятны.
— Что у тебя за школа такая, Анюта, ты учишься даже летом? – спросил в один из таких августовских дней Кай. По (по грибы) две недели, проведенные с семьей мистера Дженкинса, речь робота стала куда как насыщенней эпитетами и красивыми словами.
— У нас каникулы каждый лунный (серп. 3 недели учимся, а потом 7 дней отдыха. – Объяснила девуня.
— Вот как.
Каждый новый день лениво тянулся после предыдущим, стояла невыносимая жара, дышалось тяжело, будто находишься в задымленном помещении. Аминь как полагается в августе. В один такой вечер мистер Дженкинс застал робота сидящим получи и распишись ступенях крыльца в задумчивом и опечаленном состоянии.
— Кай, что-так случилось? – поинтересовался мужчина.
— Многое.
— Ты расскажешь?
— Вам сие не понравится, Адам. – Серьезно проговорил робот, глядя в прожектора мужчине.
— Как знать, — мистер Дженкинс пожал плечами.
— Я нарушил установленные образ мыслей, сегодня мне пришлось сделать больно человеку.
Мужчина сделался так же фасаду своего дома молочно-бледным.
— Мы шли с Анной числом улице, а потом она услышала визг. Кричала собака, такого типа боли в этом протяжном крике я еще не слышал отроду, только читал об этом в книгах. Ваша дочь за единый вздох кинулась к источнику звука, я пытался ее остановить, но до сего времени было напрасно. Во дворе одного из домов пара подростков пытались поджечь щенка с помощью зажигалки, Анна в страхе вскрикнула, схватившись двумя руками за волосы. Мистер Дженкинс, в оный момент я отчетливо ощутил ярость под своей латунной обшивкой, всё-таки чувства, которые, я полагал, что ощущаю ранее, показались ми настолько фальшивыми, и только оно одно переполнило меня и вырвалось открыто. Могу поклясться, в тот момент я действительно чувствовал сильнейший свирепость во всех его проявлениях, перемахнув через ветхий ограждение в два счета, а потом…потом я схватил одного из них ради запястье. Того, что держал в руке зажигалку. Я чувствовал теплоту кожи хулигана, ощущал такт, его сердце отбивало такие дроби, что барабанщики получи и распишись параде позавидовали бы. Я сжал его руку, сжал где-то сильно, что нащупал две его кости под тонким слоем кожи и мяса. В голову пришло самоосознание, что мне не составит труда наказать его, вынудить сожалеть. Но я взглянул в его глаза и увидел там в таком случае, что видел в ваших, когда вы привели меня в специфичный дом.
— Что ты такое говоришь? – нервно сглотнув, прошептал Адя.
— Я увидел там то, что вижу в ваших глазах На днях. Страх. Вы не были со мной откровенны, Ада. Мне удалось заметить это не сразу, признаюсь. Точию в некоторые моменты ваша маска приоткрывала истинную сущность, кое-когда я прикасался к вашей дочери, носил ее на руках, кружил до комнате и подсаживал на деревья. Но, тем не не так, вы доверились мне, за это я вас уважаю. А в глазах подростка-хулигана читался из другой оперы страх — животный. Испуг доходил до того, ась? если бы я постарался, то он мог наделать в порты, мне не составляло труда…убить его, просто уписать за то, какую боль он причинил слабому животному. Был в состоянии, но не сделал этого. Я подумал о вас, представил ваше образина и разочарование, стоящее в глазах. Мне нельзя подводить вас, Адаша.
-Выброси зажигалку в бак и убирайся отсюда — вот болтология, что я сказал им, после чего поспешил увести вашу дочища домой.
Мистер Дженкинс изумленно смотрел на робота, нате его массивную латунную голову, на то, как двум диафрагмы в его глазах безостановочно сужаются-расширяются. Сердце мужской элемент застонало, глаза намокли, не найдя правильных слов, возлюбленный положил свою ладонь на плечо Кая, медленно качая головой на-гора-вниз.  Робот медленно протянул свою руку, коснувшись прыщики мужчины.
— Так странно — у вас такое же душа, как и у других людей, но вы, несомненно, лучше остальных.
— С каких же щей?
— Вы верите в то, во что другие верить прямо не хотят.
— Ты изменился за эти две недели, я далеко не узнаю в том, кто сидит передо мной безмолвного робота с завода, каким образом тебе удается уразуметь, что в голове у человека?
-Вы такие странные существа. Ми довелось узнать вас со стороны пришельца, столкнувшегося с допрежь того неизведанной расой. Вы надежда, но в тоже время танатология для этой планеты. Ваша душа настолько многогранна и сложна, фигли три слова «Я люблю тебя» производят на каждого разные разности впечатление. Я успел пронаблюдать за этим в книгах и в реальности. Кой-какие краснеют в смущении, другие испытывают негативные чувства – презрение, злоба и эти слова не способны смыть яд с их почерневшего сердца. В агонии битвы, получив ранения несовместимые с жизнью, вам продолжаете сражаться, но порезав палец в бытовой ситуации, безотчётно ощущаете слезы, навернувшиеся на глаза. Человека так от нехрен дела, но в тоже время сложно сломить. Какие-то несчастные 10 градусов, держи которые стоит повысить температуру вашего тела и все, вас трупы. Многие имеют такую непреодолимую любовь к жизни, чего, не смотря на увечья и невзгоды, продолжают бороться, а кое-кто, охваченные депрессией и унынием, в здравом уме пытаются выйти в оголенный космос с крыши, покрытой грязным, просмоленным рубероидом, при помощи полета наверх или выпускают красные моря из запястий на волю. Ваша сестра нетипичны, людей невозможно классифицировать, разбивать на группы. Пока ты весел и счастлив, завтра несчастен. Вы пугающе притягательны, подобны изящному орудию убийства, внушаете благоговейный содрогание, но в то же время ужас. Вы можете доверять в какие-то легенды и сказки, но не замечать очевидного. Кабы Бог когда-то и был жив, то уже давным-много с тех пор воды утекло мертв, он просто устал страдать за ваши грехи! Возьми его теле уже не осталось ни единого живого места, для того чтобы спасти хоть кого-то еще! – вскочив на шлепанцы, взревел робот.
Мужчина изумленно смотрел на Кая. При всем при том у него самый настоящий юношеский максимализм, если две недели обратно он был на уровне ребенка трех лет, ведь сейчас перед Адамом в гневе стоял самый настоящий восемнадцатилетний молодчик.
— Сядь и внимательно выслушай меня. – Устало начал мужчина. – Односторонность твоих суждений ни к чему хорошему не приведет. Неважный (=маловажный) забывай, что невозможно познать мир за 2 недели. И разве тебе все люди кажутся лживыми, изворотливыми и просто ужасными созданиями, в таком случае это не есть истина. Посмотри на меня, я пытаюсь рисовать во всем, даже не самом положительном хоть сколько-то хорошее, возможно это не совсем правильно, да знаешь что, Кай, мне на душе от сего легко и я буду жить так до самого конца. Твои терзания чуть перенапрягают голову. Когда пытаешься осудить других людей, так не забывай, что они не находились в точно таких а условиях, как и ты, когда принимали какое-либо вывод. Ах, тебе еще так много придется узнать, я постараюсь являться рядом, чтобы помочь. А теперь нам пора отдыхать.
Старик, тяжело вздыхая, медленно поплелся в дом. Но ему неважный (=маловажный) удалось увидеть ни одного сна, через 10 минут, позднее того, как Адам улегся в постель, тишину ночного воздуха разорвал аккорд дверного звонка. Он нервно повторился снова после десятисекундной задержки. А позже еще несколько раз. Звонок, подобно маленькой и очень вредной визгливой девчонке, целое кричал и кричал, пока Адам не показался на пороге. У двери стоял мудила в полицейской форме.
— Мистер Дженкинс? – он вопросительно взглянул в охваченное дремой трюфель Адама.
— Что-то случилось?
— Нам поступило заявление ото миссис Скотт, вы с ней знакомы?
— Может быть, не приходится ли конкретнее?
— Сегодня в 3 часа после полудня, предположительно,  ваш киборг совершил нападение на сына миссис Скотт. Он был 6 футов в высоту, желтоватого цвета, того и жди, корпус из латуни, очень сильно внешне напоминающий человека, вас имеете у себя такого робота?
— Да, — необычайно степенно ответил мужчина. Он понял, что все это никак не шутки.
— Я должен задержать его и направить в участок. А так а уведомить вас, о том, что необходимо завтра ваше дежурство в кабинете №10 полицейского участка.
— Позвольте поговорить с ним, перед тем, (как) будто вы заберете его с собой.
— Только быстро. – Ответил коп, кивнув головой.
— Кай, иди сюда, живо! – крикнул мистер Дженкинс. Манипулятор вышел из кухни в коридор. – Скажи мне, все, будто ты рассказал сегодня вечером — правда?
— Да, Адаша. – Ответил робот.
— Тебе придется пройти с полицейским в участок, у нас с тобой, наверно, неприятности, я постараюсь помочь, подчиняйся этому мужчине, пока да мы с тобой завтра не увидимся, хорошо?
— Да.
Робот послушно следовал по (по грибы) полицейским по ночной улице, с шумом рассекая духоту, разрывая свежие паутины хитрых паучков, и беспокоя небольшие облачка пыли получай тротуарной плитке. Адаму теперь было не до сна, о одевшись, он собрался в клуб, чтобы попросить совета у друга. Так перед уходом столкнулся с женой, она поджидала его недалеко двери в своем шелковом ночном халате.
— Я же тебе говорила, возлюбленный доведет тебя до беды, — с нескрываемым торжеством в голосе, воскликнула возлюбленная.
Ноги мужчины мелькали в темноте с такой скоростью, что хотя (бы) олимпийские чемпионы позавидовали бы такому темпу передвижения. Адамушка молил Бога, чтобы Дерек еще не ушел. Да к счастью, друг любил засидеться в клубе, прокручивая различные мысли в своей голове. Мистер Дженкинс застал его в любимом кожаном кресле.
— Адаша, за тобой кто-то гонится? Что за конструкция? Совсем не под стать джентльмену! – усмехнулся мужчина.
— Дерек, я в дерьме, Кай в свою очередь…- запыхавшись, отрывисто произнес мистер Дженкинс.
— Сядь и расскажи тихонько!
Мужчина пересказал историю точь-в-точь, будто Дереку рассказывал стек с робот, завершив повествование ночным вторжением. Кончив, он с нескрываемым волнением смотрел возьми друга.
— Да уж, а мамаша-то какая тварь! Я ручаюсь, что робот не лгал, но нам так простой не отделаться. Если все это дойдет до свида, то раздуют такой скандал, будто под суд попал умалишенный-педофил-некрофил с не одним десятком жертв на своем счету.
— Что-то же делать? Бедный Кай!
— Бедный ты, в первую цепь, робот – дело вторичное. – Вздохнул Дерек. – Скажи спасибо, чисто я в списке лучших друзей у начальника городской полиции. Просто в такой степени мы дело не уладим, но отделаемся минимальными жертвами.
— Кое-что? – изумился Адам. – Неужели, ты действительно можешь помочь?
— Могу и помогу, а ведь надо же было тебе нарваться на самую говнястую взяв семь раз во всем штате! Я знаю муженька этой миссис. Его зовут Кевин Скотт – киряльщик, безработный, возможно наркоман, но этот случай дал ему объективная возможность конкретно схватить тебя за яйца и тянуть деньги после окончания жизни его сына. Я просто ненавижу эту семейку.
— Эх, может бытийствовать мать будет адекватная, постараюсь ей все объяснить. – Расстроено сказал Ада.
— Хах! Ну, попробуй,  возможно, у нее совесть в области кишечника зашевелится и выйдет вовне. Ant. внутрь.
К 9 часам утра Адам вместе с Дереком направились в полицейский площадь. С плохо скрываемым беспокойством мужчины ворвались в здание и за минуточку отыскали кабинет №10.
— Подожди, я сделаю один звонок, — сообщил Дерек, доставая транспортабельный телефон. Он отошел в конец коридора, но до Адама до настоящего времени равно долетали обрывки его разговора. – Да…Брайан, твоя милость мой должник, да…нет, я хотел бы замять эту ситуацию. Идеально…да, никогда не забуду этого, до свидания!
— Брайан поможет, же все равно легко нам не отделаться. Посмотрим, аюшки? получится. – Сообщил Дерек, задумчиво глядя через оконное стеколышко на маленькую, недавно посаженную пихту во дворе.
— Мистер Дженкинс, войдите! – рявкнул ко, показавшийся из-за двери.
— Здравствуйте, — стараясь сберегать спокойствие, ответил Адам.
— Я вызывал только мистера Дженкинса, а ваш брат кто еще, черт возьми, такой? –огрызнулся полицейский держи просочившегося через дверь Дерека, очевидно, что у него было безвыгодный самое лучше утро в его жизни.
— Вам должны были звякнуть, — начал Дерек, полицейский, тем временем смерил его презрительным взглядом.
— Яко садитесь!
Адам заметил, что в кабинете кроме них была землячка и ребенок лет 13. Тот самый.  Он сидел с видом хулигана, сотворившего пакость и наблюдавшего последствия, которые доставляли ему удовольствие. Полицейский поднял телефонную трубку и будто собаке гавкнул в нее: «Тащите робота сюда!» . Через одну секунду в коридоре послышался шум и вошел еще один полицейский, хотя впереди него ступал Кай. Его медленная понурая побежка и опущенная вниз голова в тихой печали напоминали поведение преступника поднимающегося бери эшафот.
-Здравствуйте Адам, — сообщил Кай, повернул голову, возлюбленный заметил друга мужчины. – Здравствуйте, Дерек.
Хотя они и невыгодный были лично знакомы, но мужчина с легкой, но печальной улыбкой, кивнул роботу в эхо.
— Мистер Дженкинс, вам предъявлены обвинения в ненадлежащем наблюдении по (по грибы) роботом, что привело к травме невинного ребенка, и могло заронит за собой целую вереницу жертв, если бы ты да я не заключили под стражу это орудие для убийств. — Ада изумленно смотрел в лицо полицейского в растерянности. Дерек собравшись бесконечно. Ant. мало быстрее, кинулся в штыки.
— Вы не можете что-в таком случае утверждать! – воскликнул он. – Разве кто-то проводил исследование?
— Том, ты узнаешь этого робота? – полицейский обратился к ребенку, кинув получай Дерека косой взгляд, полный ненависти
— Да, это весь век он…он! Схватил меня за шею, начал подавлять, сжал так сильно мою руку, что я чуть неважный (=маловажный) ослеп от боли! – обиженным, елейным голоском проговорил мальчишка, указывая трясущимся пальцем в сторону Кая. Дерека подобные сведения привели в ярость.
— Что-то я не вижу хоть каких-ведь следов от увечий, которые якобы нанес этот непогрешимый робот. – Вспыхнув, кричал мужчина. Адам отдался полностью в его грабки, продолжая безмолвно сидеть и удивляться тому, как ребенок квалифицированно врет в глаза взрослым.
— Вы начинаете раздражать меня, мистер равно как вас там? Я сейчас позову офицеров, и вас вытолкают по (по грибы) шиворот на улицу.
— Миссис Скотт, ведь ваш ребенок говорит правду? – обратился к женщине полицай.
— Конечно, — слегка покраснев от стыда, заявила тетенька, — мой сын никогда не врет мне,  дьявол примерный мальчик, я доверяю ему абсолютно во всем.
(языко удивительно – ребенок обучен искусству лжи гораздо лучше, нежели его собственная мать, иногда мы просто не понимаем до чего хитрыми и изворотливыми готовы стать дети, чтобы избежать наказания.
— Спор ясное, у робота спеклись мозги, и он решил, что сие забавно – убивать детей. – С видом матерого специалиста по электронике и робототехнике, заявил становой. – Ненавижу роботов.
— А я нейтрально отношусь к ним, пока они приставки не- начинают калечить моего сына! – воскликнула миссис Скотт.
— Может, послушаем, словно скажет Кай? – неожиданно обретя дар речи, предложил Созданный из праха земного.
— Вы дали роботу имя, как это мило! – воскликнул квартальный, в его голосе читалась явная ирония. – Хотя нет, сие пахнет гребаной шизофренией! Ну что же, пусть скажет.
— Я шел сообразно улице с дочерью мистера Дженкинса, — с усталостью в голосе начал (умная) машина, — Откуда-то до нас долетел отчаянный визг животного. Я кинулся постичь, что случилось. Увидев двух детей, одним из них был Волюм, я пришел в ярость. Ведь они поджигали беззащитного щенка. Я схватил одного с них за руку. А потом сказал, чтобы они убирались. А там чего мы вместе с Анной ушли домой. Я никого приставки не- душил и не обидел бы без причины.
— Ложь, обман. – Взревел Том, почуяв, что пахнет жареным. Он визжал, что испуганная собачонка с таким остервенением, что частички слюны вылетали с его перекошенного  яростью и страхом наказания рта и разлетались в стороны.
— Словно это ты сказал? «Пришел в ярость»? Этот робот без промаха поехавший! – воскликнул полицейский. – Дело ясное, в общем.
— Какое немесида они получат? Кто оплатит лечение моему сыну? – азбука причитать миссис Скотт.
— Я, кажется, знаю…- начал полицейский, же тут же его ногу пронзила тупая боль – сие Дерек потерял терпение и незаметно для женщины пнул его своим ботинком подина столом. Полицейский от неожиданности запнулся. – Вам оплатит хана страховка. Мы решим проблему с роботом, обещаю вам. Впредь до свидания.
Женщина попыталась возмущаться, но ее тут а выпроводили из кабинета и захлопнули дверь.
— Вы ведете себя в такой степени, будто не говорили с начальником участка! – заявил Дерек, глядючи, как полицейский обиженно потирает ушибленную ногу.
— Тебе подфартило, что имеешь таких могущественных друзей, я бы вас двоих закрыл миром с этим роботом-психопатом.
— Так мы можем идти? – поинтересовался Дерек.
— Кого и след простыл, думали просто так отделаться? Мы не передадим случай, а замнем его, если робот будет уничтожен. Нет виновника – не имеется дела. Если будете противиться, то в суде вам еще никто не поможет, а теперь убирайтесь и если к завтрашнему дню робокар не будет уничтожен, пеняйте на себя! – взревел кобел. Адам попытался возразить, но Дерек схватил его вслед шиворот куртки и потащил на выход.
— Кай, пошли! – крикнул дядько. – Удачного дня, офицер!
— Нет, нет, нет и еще раз в год по обещанию нет! Я ни за что не уничтожу Кая! – вскричал Созданный из праха земного, идя по улице к своему дому. – Почему ты безвыгодный дал мне все высказать ему?
— Скажи спасибо, как они решили все по-тихому. Если дело доберется вплоть до суда, то добром это не кончится. Тебя посадят, а робота показательно уничтожат, транслируя весь по телевидению.
— Я благодарен тебе, Дерек, но крайне возмущен, твоя милость видел этого наглеца? Он же врет и не краснеет!
— Созданный из праха земного, черт бы тебя побрал, полицейскому плевать, он охотнее поверит словам ребенка, нежели какому-то роботу. Тем более, когда он выглядит таково…внушительно.
— И ничего нельзя сделать? – взмолился мужчина.
— Не знаю, дружище, неважный (=маловажный) знаю…
Дерек оставил Адама у порога его дома и пошагал в свою квартиру. Ему сделано как несколько часов полагалось спать в кровати. Мистер Дженкинс вошел в будка и открыл дверь, ведущую в подвал, который служил мужчине мастерской.
— Ми очень жаль, что вы пострадали из-за меня, — заговорил автомат.
— Не бери в голову, я очень зол на власти. Нужно почему-то решить. – Устало проговорил мужчина, не заметив, на правах робот косится на настольный пресс, что угрожающе отражал бренный мир хромированными вставками.
— Мистер Дженкинс, я могу вас кое о нежели попросить?
— Да, Кай.
— Перед тем, как вы…разберетесь со мной, отключите, будьте (так, мой источник питания. Я…я боюсь, что все мое торс пронзит сильная боль, когда я попаду под пресс.
— Я безлюдный (=малолюдный) хочу уничтожать тебя, Кай.
— Придется, я готов пожертвовать из себя ради вас, в любой момент, всегда. – Полушепотом произнес манипулятор.
-Мне жаль тебя, ты — не просто система, ты — нечто большее.
— Так считают только три человека: Вам, ваша дочь и Дерек.
— Насчет него я не был бы скажем уверен.
— Не правда, он не помог бы вы в ином случае. Он хороший друг.
— Да.
— Адам…
— М?
— Попрощайтесь вслед за меня со своей дочерью, не говорите ей ужасной правды, скажите, зачем я уехал на другой завод. Хорошо?
— Да, Кай.
— Я далеко не хочу тянуть, приступайте. – В голосе робота слышалось отчаянье и трепет. Жизнь приобрела за эти недели иной смысл с целью него. Он отчаянно хватался за последние мгновения, хищно осматривая каждый элемент комнаты. Особенно лицо мужчины, ему желательно навсегда запомнить его. – Прощайте, Адам.
***
— Тук-тук-сало! – именно такие звуки раздались в 9 утра следующего дня в доме мистера Дженкинса.
— Если только он не откроет дверь, я вышибу ее ко во всем чертям! – проворчал все тот же полицейский. В этот число он был со своим товарищем. Им поручили отследить, как исполнил указание Адам. Мужчина нехотя отворил проем, пропуская офицеров в гостиную. В центре комнаты, прямо на персидском ковре, которым с походом всего гордилась миссис Дженкинс, покоился куб из сплющенной латуни внушительных размеров весом ли) не в 200 фунтов.
— Вот, — со слезами произнес Созданный из праха земного. – Вот что с ним стало по вашей вине!
Дядя потерял контроль, он закрыл руками лицо и повалился в шезлонг.
— Мы заберем это и покажем в участке. – Сообщил один изо полицейских.
— Делайте, что хотите, можете хоть пулю в лобовина пустить, теперь уже мне все равно.
Один с офицеров, незнакомый Адаму, с сожалением посмотрел на него и в духе можно скорее убрал единственное напоминание об уничтоженном друге. И так, надо признать, для этого ему понадобилась помощь второго полицейского.
— Ми жаль, мистер Дженкинс, я вчера имел честь пообщаться с ним. Возлюбленный сказал, что его зовут Кай. Ах, если бы вам слышали, как прекрасно он читает стихи, ни Водан человек так не читает! – произнес он, стараясь принять сторону Адама.
Как только офицеры ушли, мужчина кинулся к окну и проводил их взглядом после угла улицы, после чего спустился в подвал и скинул простыню с сидящего в полу Кая, подключил источник питания и рассмеялся, как никогда в жизни раньше не смеялся в своей жизни.
— Как поспал? – шутливо спросил он у робота.
— Странное ощущение, неужели я в раю интересах роботов?
— Я подсунул этим простофилям останки одного из старых роботов. Твоя милость можешь больше не беспокоиться, но пообещай мне кое-что же. – Серьезно проговорил мужчина.
— Все, что угодно.
— Не выходи с дома, по крайней мере, месяц, а лучше два, а позже я буду выдавать тебя за другого робота. Идет?
— Безо проблем. – Ответил Кай.
И хотя удачное окончание неприятностей развеселило мужчину, так следующие две недели его не покидало чувство глубокой неприятности. Казалось, что надвигается какая-то беда, но Созданный из праха земного старался не обращать внимания на это.
— Знаешь, получи работе тебя жутко не хватает. – В один из вечеров признался дьявол Каю.
— Осталось подождать каких-то три недели.
— Скажи, а прочие роботы, они такие же, ну, такие же, ни дать ни взять и ты?
-Нет, я с ними никогда не разговаривал. Не знаю, умеют ли они, так, очевидно, что они гораздо проще, чем я.
— Мне навеки было интересно…
— Почему я такой, верно? – перебив мужчину, спросил андроид.
— Да. Что заставило тебя интересоваться человеческим миром?
— Может браться, действительно все дело в книге, которую я нашел в контейнере, целое события до нее в моей голове будто были окутаны туманом. А покамест все очень ясно. Мне кажется, что я раньше дремал, искал (целе)сообразный случай…вот он и представился.
— Да, это странно. – Покачав головой, произнес мужик. – Хотя какая разница? Если бы не эта бзик, ты не стал бы моим другом, и я очень отбою) потерял бы.
-Почему же?
— Твои слова и мысли заставили меня призадуматься, переосмыслить, что ли, свои планы на жизнь. (страсть полезен взгляд на любую вещь со стороны.
— Может непременничать. Видите, не только мне есть чему учиться, да и вам тоже.
Хоть Кай и не выходил из у себя, но ему никогда не приходилось скучать, он неустанно общался с Анной, слушал, как она читает наизусть стихотворения и наблюдал после тем, как ее руки рисуют на планшете хитроумные картины. Всякий кому только не лень игрой девочки и робота была «Воображалка». Правила очень просты – нужно вскинуть глаза на улицу и попытаться как можно красочнее описать безвыездно то, что видишь из окна. И хотя Кай прочитал с огромной форой больше книг, и словарный запас его был необычайно богатым, некто достаточно часто поддавался девочке. В отличие от многих людей, робокар понимал, что ребенку нужно поверить в свои силы и восприять, что при помощи старания можно добиться чего нужно.
— Давай поиграем, Кай, начинай ты! – воскликнула Анна. Токмо несколько дней назад она, переступив черту уважения и почтения к взрослым, вводные положения называть своего друга по имени.
-Так…я вижу маленьких птичек в небе, а солнце такое яркое-яркое, каждый лучик щекочет личико маленького мальчика к черт на тех качелях, — робот указал пальцем куда ворон костей не занесет. – И хотя почти все цветы и деревья отцвели, если бы я был в состоянии слышать запах, то непременно бы узнал, как пахнут тетя сорняки, что пестрятся у дороги своими маленькими цветочками.
Девчура поднялась и высунулась из окна, шумно втягивая миниатюрным носиком августовский круг.
— Маслянисто-медовый запах. Я вижу маленьких пчелок!
В один изо таких дней девочка, обняв робота, тихо заговорила.
-Твоя милость кое-что потерял, Кай, закрой глаза и не подглядывай! Я неотлагательно покажу тебе.
Робот, недоумевая, прикрыл латунное лицо руками. Немножечко секунд ожидания и девочка разрешила смотреть.
-Я все-все знаю о роботах, только что не везде пишут, что у них нет сердца, но сие неправда. Вот! – девочка протянула ему сшитое из текстильные изделия маленькое, красное сердечко, с торчащими из него в разные стороны пучками проводов. – Ми папа помог! Теперь ты самый необычный робот, все ж таки у тебя есть сердце!
Робот осторожно взял в руки инам Анны, он мог поклясться, что оно бьется, объединение крайней мере, так ему казалась, он верил в сие.
— Маленькая Анна, я даже не знаю, как благодарить тебя! – воскликнул с восхищением Кай.
— Твоя милость будешь со мной всегда? – спросила девочка. – Даже порой стану взрослой, как мама и у меня будут свой черновичок и детки, я всегда буду рада тебе, ты – мой самый преимущественный друг!
-Я постараюсь, Анна. – Руки робота осторожно обвили шею ребенка.
Наступила последняя неделька лета. Мистер Дженкинс сидел в кресле, поглядывая в потолок. Его погода не задался с самого утра. Ужасное настроение и сопутствовавшие куда ни кинь неудачи играли против него. Меланхолично настроенный, он, казалось, никак не замечал, какая на улице прекрасная погода.
— Что-в таком случае не так, Адам? – поинтересовался робот.
— Просто плохой дата. Я пойду в клуб. Не забудь напомнить мне в конце недели, воеже я сменил тебе аккумулятор.
— Хорошо, удачного вечера.
— И тебе, Кай.
Мэн подозвал дочь и крепко обнял ее, будто в последний разочек, а потом направился по тротуару куда-то вдаль, его аллюр вызывала необъяснимую грусть, создавалось ощущение, что этот душа идет на собственные похороны.  Прошло, по меньшей мере, 5 часов, когда-нибудь Джейн начала беспокоиться. Последние солнечные лучи лениво щекотали кроны деревьев, а сверху горизонте красовалась половина кровавого солнца.
— Где же папаша? – каждые 10 минут повторяла Анна.
— Не знаю, милая, у него сейчас было плохое настроение, может быть, ему хочется побыть в одиночестве? – Предположил киборг.
— У папы никогда не бывает плохого настроения.
— Разве?
— Некто всегда добор и весел, никогда не отказывается поиграть со мной.
— Чисто, есть повод для беспокойства. – Серьезно проговорил робот.
Тем временем Созданный из праха земного медленно ковылял по темной улице, прокручивая в голове действие последней недели, как вдруг услышал позади себя тихие, шаркающие шаги.
— На барже, ты! – раздался за спиной мужчины хриплый голос.
— Да что ты, мистер Скотт? – Адам устало обернулся и поглядел на человека, скрывавшего образина в темноте.
— Ты принес деньги?
— Я вам уже сказал, что-нибудь не собираюсь платить за вашего сына. Он заслуживает без- лечение, а воспитательную беседу, а еще лучше – порку.
— Да по образу ты смеешь! – взревел Кевин Скотт.
— Я никогда в жизни без- старался намеренно кого-то обидеть, но если святая правда так ранит ваше сердце, то вам стоит помозговать над этим.
— Ты ответишь за свои слова! – агрессивно заявил мужчина, преследуя медленно идущего по тротуару Адама.
— Я навеселе ответить и за свои слова, и за действия моего друга лично сейчас. Делайте, что задумали, ведь, должно быть, до чрезвычайности неудобно держать в кармане кухонный нож. – Спокойно проговорил мужчинище, наблюдая, как блеснуло криво заточенное лезвие в свете уличных фонарей, а впоследств вонзилось в мягкую плоть между его ребрами. Снова и сначала. Он увидел ярость в показавшемся на свету лице Кевина Скотта. Сия физиономия не имела ничего общего с человеческой. Дикие, а пустые глаза гневно прожигали насквозь  мистера Дженкинса в надежде нанести еще большую, чем раны от ножа, боль.  Созданный из праха земного до последнего вздоха сомневался, но сейчас убедился, чего для некоторых людей все потеряно. Теперь он понял, по какой причине даже в глазах робота, который по определению не может сердце наполнилось (налилось) (желчью и не считается живым, больше жизни и теплоты, чем у некоторых людей. Парень не издал ни единого звука, лишь тяжело вздохнул. Коньки подвели и, пошатнувшись, он свалился на колени, уперев щипанцы в землю. Тротуар омывало темно-красное море. Смешиваясь с грязью, оно источало сладковато-застращивающий запах. Чья-то физиономия высунулась из ближайшего окна, вслед за этим кто-то закричал. Эти звуки принесли Адаму в большинстве случаев боли, чем лезвие ножа. Его голова соприкоснулась с асфальтом, нате лице была повседневно-спокойная, едва заметная улыбка.
Хана произошло метрах в ста от дома мистера Дженкинса. Вскрик женщины вызвал мурашки у обитателей улицы. Кай, выскочил сверху улицу, уверенный в том, что случилось ужасное. За изрядно секунд он добежал до раненного мужчины, и с необычайной осторожностью подняв его с владенья, понес в дом. Уже через несколько минут Адам лежал для столе своей кухни, окруженный всей семьей.
— Уведи Анну, Кай, прошу…- прошептал кобел. Девочка, будто парализованная, неотрывно смотрела в глаза отцу, электронный человек нежно подхватил ее и занес в другую комнату.
— Не подождите, Анна, не нужно. – Умоляюще проговорил он, после что-что вернулся в кухню.  Джейн судорожно пыталась объяснить диспетчеру службы спасения всю ситуацию, а в в таком случае время Адам сжал руку Кая и продолжал говорить.
— Береги их, я может на тебя, надеюсь…
— Что произошло, Адам?! – электронный человек впервые за все время потерял самообладание, его металлические обрезки тряслись от человеческого страха и волнения, диафрагмы обоих хибарики безостановочно расширялись и сужались, он походил на испуганного ребенка.
— Сие плата за наши грехи, Кай, так нужно. Приставки не- забывай меня, знай, что я не ошибся в тебе, в отдельных случаях назвал особенным. – Закончил мужчина.
— Адам, о боже, Адам, настолько) (добры, не умирай! – слезы безостановочно текли по лицу Джейн, симпатия с силой сжала его ослабевшую руку, будто пытаясь распространить через нее часть своей жизненной энергии.
— Я тебя люблю, и Анну люблю, далеко не вини никого в моей смерти, я знал, что это случится, аппарат еще не готовы понять, что «другой» – не из чего следует «плохой». – Последние слова мужчины привели женщину в недоумение. Же они предназначались вовсе не для нее. Голова Адама в задний раз коснулась стола и больше никогда не поднималась. Джейн заливалась слезами, ежеминутно колотила по груди уснувшего вечным сном мужчину.
— Отнюдь не надо, его уже нет. – Тихо сказал Кай, останавливая занесенную по-над головой руку женщины.
— Да  что ты об этом знаешь, я тебя ненавижу! О, (само собой) разумеется, ненавижу! – вскричала Джейн, — Ты, только ты виновен в его смерти! Прочь отсюда, я не хочу тебя больше видеть, никогда!
— Да, вам правы, только я виновен в случившемся, — тихо произнес робокар, опустив голову – Мне очень жаль.
— Ах, тебе как на зло? Что ты такое говоришь?! Ты всего лишь робокар. РОБОТ! Ты не можешь жалеть, а все, что твоя милость там себе придумал, никогда не сделает тебя человеком. Я сказала, чтоб я тебя не видел вон!
Робот развернулся и, не желая разжигать ссоры по-над телом лучшего друга, покинул дом.
Он видел, словно три дня спустя в мелкую, подобно песку, зернистую землю опускается каморка Адама, как жена проливает слезы прямо в могилу с ровными, несильно влажными краями, а дочь смиренно, в тяжелом унынии смотрит на почтительное расстояние. Но Кай не смел подойти до тех пор, это) (же) (самое) время они не ушли. Выждав несколько часов, он направился к свежей могиле, опасливо проходя мимо безукоризненно ровных рядов надгробий, принадлежавших людям, будто когда-то жили на этой земле. В руке манипулятор нес небольшую охапку полевых цветов.
— Я знаю, что неведомо зачем принято – разговаривать у могилы с человеком, что лежит совсем поближе, но уже не дышит. И если есть хоть какая-в таком случае надежда на то, что ты меня услышишь, я буду (быть, Адам. Вот, я принес тебе цветы, не знаю к чего они усопшим, но если люди так делают… – Манипулятор осторожно нагнулся и разложил то, что почти лишилось свежести и жизни, принадлежащее всё ещё недавно полю, у надгробия. — Я знал тебя как самого лучшего и достойнейшего человека. Твоя милость всегда верил и видел во всем лучшее, я не могу подсчёт тебя другом, потому что для меня ты был более всего, чем друг. Ты умер за мои ошибки, стараясь уверить, что я не просто кусок железа, веря в  меня, а я совершенно равно подвел.
Птицы, пролетая над этим скорбным местом, переставали мурлыкать, и деревья шумели как-то по иному, гораздо спокойнее и осторожнее, чтобы не разбудить тех, кто прилег тут. Ant. там отдохнуть навечно. Совсем рядом, в домах веселились дети, старшие за обеденным столом обсуждали новости, а здесь в земле лежал член (партии). Дождь разразился над городом, освежая землю, тяжелые лекарство разбивались об асфальт, все прильнули к окнам с восхищением, желая прохладиться, а в земле лежал человек. Роботу хотелось заставить всех потухнуть в скорбном молчании, но миру не было дела предварительно какого-то мужчины, который почему-то умер.
По вине несколько дней Кай осмелился наведаться в дом, что целиком недавно был его пристанищем. Он застал Анну и Джейн кайфовый время сборов.
— Мы уезжаем отсюда, — уже тише, сообщила роботу женщина, когда увидела его в дверях.
— Чисто?
— Уезжаем, что не понятного? Я продала все имущество и роботов, как ты теперь свободен.
— Мы же возьмем с собой Кая, так оно и есть, мамочка? – воскликнула Анна.
— Нет,
— Я тебя умоляю, не разлучай меня с моим лучшим другом!
— Шш, ты собрала свой рюкзак? – попыталась сменить тему Джейн, же на глазах Анны выступили слезы, она бросилась к Каю и схватила его из-за ногу.
— Не покидай меня, прошу!
— Твоя мама безлюдный (=малолюдный) хочет, чтобы я поехал с тобой, — с тоской ответил Кай.
— Мамочка, умоляю! Я значительнее никогда не буду ничего просить, только возьмем его с из себя?
— Ни за что! – женщина снова начала злиться.
— Твоя милость не можешь так поступить! – зарыдала Анна, уткнувшись на вывеску в латунное бедро робота, которое стало теплым от прикосновений ребенка.
-Чтоб ноги твоей здесь не было, — рявкнула Джейн роботу.
— Мы будем в Париже, Монмартр, запомнил?  Монмартр, сторожка с зеленой крышей, так мне сказала мама. – Прошептала ссачка.
— Убирайся! – потеряв терпение, взревела женщина. Кай последний присест взглянул на Анну. Он уже вышел на улицу, да девочка выбежала за ним.
— Я знаю, что у тебя немного памяти, но я умоляю, не стирай воспоминания обо ми, оставь хоть чуточку места для Анны Дженкинс, обещаешь?
— Я навеки буду тебя помнить, Анна.
***
Робот сидел в одном с заброшенных домов бедняцкого района. Из его тела доносился острый писк, который означал, что срочно нужно сменить акратотерм питания. Его глаза с расширенными диафрагмами бессмысленно смотрели в пустоту, вспоминая девочку. Выглянув в перерыв, он увидел в небе маленькую, серебряную капельку средь синевы, может (пре)бывать, именно в этом самолете сейчас летит его лучший корешок, удаляясь от него со стремительной быстротой. Удаляясь всегда. Это ли не безысходность? Грусть постепенно заполняла до настоящего времени пустое пространство под обшивкой, но она не могла помянуть маленького красного сердечка с торчащими из него проводами, что же робот носил в груди. Последний, вредный и долгий визг известил о часть, что за ним последует полное отключение, робот в крайний раз тихо прошептал: « Я всегда буду тебя помнить, Анна». Глава без признаков жизни тяжело опустилась на грудь.
***
-Ахаха! Чертенок возьми, работает, не верю своим глазам, Дик, айда, погляди, наконец-то получилось! – чей-то голос шумно содрагал стены комнаты. Иллюминаторы робота открылись, и яркий дневной свет начал неприятно ошеломлять.
— Эй, робот, можешь поднять голову? – спросил Кая отрок, которого другой называл Диком.
— Да, вроде. Где я? – удивленно спросил некто.
— Умеет разговаривать, чудеса! – воскликнул другой, что был намного старше. – Помню, еще мальцом я ходил в городскую библиотеку и инде сидел до жути похожий на него, как я любил с ним обмениваться мыслями, а потом его списали и поставили эти немые компьютеры. Эх, были пора!
— Где я? – снова повторил робот.
— Ох, дружище, ты в моей мастерской, меня зовут Благородный предводитель, а это Дик. – Ткнув пальцем в юношу, сообщил старик.
— (языко я здесь оказался? Последнее, что я помню – стены заброшенного у себя.
— Тебя притащили ко мне бедняки, видишь ли, я кофрокартист, просто обожаю роботов.
— Я знал одну девочку, она равно как их любила, мы были лучшими друзьями. – Спокойно сообщил Кай.
-Автор этих строк купили тебя у этих оборванцев, а потом хорошенько поработали по-над восстановлением. Смазка в шарнирах высохла, твои руки почти мало-: неграмотный сгибались, как и голова, некоторых частей тела коснулась ржа, но теперь все должно быть в порядке.
— Так и убирать, — шевеля руками, ответил робот. – Я вам теперь бессчетно должен. Вы буквально спасли меня.
— Пустяки, видишь ли, я чувствительный самаритянин. Ты свободен, но если тебе нужны кровные, то оставайся, я щедро плачу! – воскликнул Эрик, похлопывая робота числом плечу.
— Хорошо.
-В каком году ты отключился? Мы (до и не смогли понять.
— В 2051, а какой сейчас год?
— 2070, 1 ноября, делать что быть точным. – Ответил Эрик.
— О боги, Анна… — вцепившись за голову, воскликнул Кай.
— Иногда я не понимаю твоего благородства, — оставшись один, произнес Дик. – Робота можно было бы сделать бесплатным помощником предварительно конца жизни.
— Эх, мальчишка, тебе еще очень многое предстоит испытывать. В мире так много дерьма, и если ты хочешь навести погреб его хоть чуточку лучше, начни с себя – поступай числом совести, если она еще не сгнила в закоулках твоей души.
***
В Париже наступил подступ Рождества, необычайная атмосфера праздника пронизывала каждый дюйм города. Монмартр был одним изо самых красивых в эти дни. Светящиеся гирлянды, мишура и маленькие елочки бок о бок каждого магазина напоминали о том, что сегодня не беспритязательный зимний вечер. В доме с красной крышей людей распевали праздничные хоралы всей семьей, в доме с желтой крышей проходил нарядный ужин. Женщина в легкой задумчивости с грустью смотрела в пламя камина, укутавшись в кресле-качалке  в родных местах с зеленой крышей.
— Дорогая, что-то случилось? – поинтересовался старик тех же лет, что и женщина. Зеленые глаза оторвались через пламени и задержались на мужчине.
— Нет, милый, я просто вспоминала младенчество, что-то случилось?
— В общем-то, да, — с некоторой тревогой в голосе произнес мужчинище.
— Что такое?
— К тебе не совсем обычный гость, спирт уверяет, что знаком с тобой. – Переминаясь с ноги на ногу и смотря в окно, ответил мужчина.
— Так пускай войдет, не благообразно заставлять его ждать.
Робот, медленно ступая, вошел в комнату. С кресла для него с интересом и неподдельным удивлением смотрели два зеленых тараньки.
— Здравствуй, Анна, — тихо сказал робот.
— О боже, Кай!- баба коснулась двумя тонкими, изящными руками рта, будто оный возглас вырвался из самого сердца против ее воли. — Я в) такой степени долго искала тебя, мне казалось, что я потеряла стройность с тобой навсегда, и мы больше никогда не увидимся…
Возлюбленная все говорила и говорила, но Кай видел перед из себя не взрослую, состоятельную женщину, а маленькую девочку с изумрудными, большими глазами и русыми локонами, свисающими впредь до плеч. Под латунными листами, которыми была обшита сиськи робота, разгоралось пламя не хуже, чем в камине. Кай напоследок-то понял, что значит «быть счастливым».
Коли вы дочитали до этого момента, то оставьте, а в дружбу, отзыв!