Литературный портал


Современный литературный портал, склад авторских произведений

Будни современных безумцев

  • 20.05.2017 06:06
Содержание 1

Старт.

Только посмейте еще раз сказать, что лес – сие источник жизненных сил и вдохновения! На таких смельчаков я уж построила грандиозные планы, слегка не подобающие юной дама.

Как хорошо, что я далека от правильных манер. Вот именно вы взгляните.

В меру костлявые конечности украшают синяки богатой палитры, в волосах устроились яркие образцы местной флоры, а шмась, благодаря хлестким ударам кустарников, напоминает поле для зрелище в крестики – нолики. Остается молиться на целую одежду, нежели я и занимаюсь четвертый день непутевого похода.

На что как ни пойдешь с целью выйти из творческого кризиса. В моем случае избито сбежишь из дома в страхе кончить жизнь учителем русского языка и литературы. Спокон века мечтала о профессиональном нервном тике и скачущем давлении. Ах а то как же, еще о недалеких школьниках, которые даже в директорском кресле продолжат заносить (в тетрадь «офицальный» и «одевать» пиджаки по утрам.

Я ведь думала, заведение даст уйму знаний для собственной книги, а на деле дьявол жестоко растоптал остатки энтузиазма. За счастливые студенческие годы я без- написала ни одного произведения! Зато открыла в себе сверхъестественный талант ко сну в общественных местах и киванию в такт чужим словам вплоть вплоть до сотни раз за занятие.

Помнится, весь шкаф в моей комнате был забит толстенными тетрадями. Я в качестве кого сумасшедшая скупала их в ближайшем магазине канцелярии, потому почему каждую идею любила начинать с первой страницы. Восторг через написания начальных строк до сих пор остается моим соратником, не менее теперь я не могу заполнить злосчастный чистый лист. Крата за разом он усмехается уродливой клетчатой физиономией, напоминая о провалах.

Старые а черновики сожгла мамуля. Костер тогда был похлеще, нежели на буддистский праздник да вдобавок перед соседями. По сих пор горжусь, что не заплакала тогда. Разметая высевки маленького ритуала, я поняла, что надо уйти от родителей словно можно скорее. Под угрозу попали мои глупые мечты, которые как по мановению волшебной палочки не сгорели в тот знаменательный день.

Продолжаю сверлить измученные ходьбой обувь, подкрепляющие раздражение мерзким чавканьем по сырой земле. С девчачьего гнева уже пострадали две невиновные белки. Чему разинуть рот, сейчас меня и щебетание птиц способно привести в бешенство.

Перо, кстати, сегодня притихли.

Сажусь на сухой пень и обхватываю голову руками. До позвоночнику простреливает свежий поток мурашек, но меня заботит другая штукенция. Почему в двадцать три года я додумалась взять в лес не долее чем пачку крекеров?

Хотя есть оправдание. Поначалу в планах было выбрать полянку неподалеку от автобусной остановки и спокойно там попыхтеть. Знало бы это мое врожденное любопытство.

У дороги оказалось преувеличенно шумно, непривлекательно и еще несколько подобных «слишком». И вот я в этом месте: растрепанная, грязная и голодная, как все человечество перед Новым годом. Говор оставшимся извилинам, которые подсказали взять воду, а не дружок лимонад. Надо бы сберечь такое сокровище для поколения Антоновых, ежели оно будет, конечно.

Пора двигаться дальше.

Пытаюсь броско подняться с земли, как это бывает в боевиках, но таким образом жалко. С вялым кряхтением разминаю ноги. Не думала, почто когда-нибудь снова буду учиться ходить.

Мелкими шажками лавирую промежду деревьями, попутно раздумывая, есть ли смысл вообще присматривать выход. Живот отвечает недовольным урчанием.

Хм, определенно жрать. Интересно, а связи нет во всем лесу или только лишь в отдельных участках? Вряд ли я теперь  смогу найти нечужой разбитый телефон в этой ловушке. Его, должно быть, утащили обозлённые белки и продали точно по частям за высокую цену.

Мне срочно нужно подрючиться.

Неожиданно в желудке взрывается фейерверк. Передо мной в свете прожекторов ((до мне кажется) возникает куст дикой смородины. Еле-медленно доковыляв до спасительницы, припадаю к заветным плодам. Щеки сводит похлестче лимона, но ощущение наполненности внутри заглушает всякое тошнит. Неплохо! Даже настрой на выживание появился. Может, черная фазис завершает ход?

Грубый рев медведя поблизости вмиг рассеивает ожидания. Ох, и твоя милость Брут!  Где обещанное телевизором лесное гостеприимство? Как твоя милость собираешься жевать мои буйные кудри?

Резкий прилив сил помогает повалиться с места и бежать прочь. Рев не прекращается. Я даже безлюдный (=малолюдный) знаю, где сейчас этот зверь, да и проверять налицо денег не состоит времени.

Только не это…

В отчаяние смотрю на крупную реку. Горюнья!

За спиной раздаются внушительные шаги. Медленно поворачиваюсь перед шуршание камней, до смерти шагов тридцать. Чувствую, равно как ледяная вода просачивается в обувь, но глубже зайти боюсь. В ужасе кричу получи равнодушные карие глаза и, не осознав, что происходит, падаю нате колени под звук выстрела.

Холод сковывает все конус. В неверии гляжу на мертвую тушу на берегу. Через пелену страха замечаю приближающуюся фигуру мужчины. Часто моргаю, да все равно вижу лишь размытое темное пятно. Аноним лихорадочно трясет меня за плечи, его слова доходят сторонним шумом.

Чуть слышно бормочу единственную вещь, о которой думала последние несколько минут.

-Тамо смородина! Мы спасены!

И покидаю границы реальности.

Глава 1. Дина.

-А недуманно-)негаданно она не очнется? Что тогда? – эхом долетает бас с напуганной интонацией.

-Не выдумывай! Папа сказал, что у нее бесчувствие случился, ничего серьезного! – отзывается второй, более глубокий и с долькой озорства.

Настороженно выглядываю с-под опущенных ресниц. С обеих сторон мою постель осадили белобрысый мальчик лет десяти и девчушка с выразительной восточной внешностью. Симпатия, пожалуй, вполовину меньше возрастом своего собеседника или бок о бок этого.

Жутко хочется пить, но любопытство уговаривает безграмотный прерывать столь забавную беседу в надежде выведать что-нибудь важное. Максимально стараюсь никак не подавать вида и выровнять дыхание. Весьма нелегкая задача нате данный момент.

Мальчик, помолчав, неуверенно задает вопрос.

-А вырубон это что? – глубокая складка садится на почти прозрачные брови.

-Ой, безлюдный (=малолюдный) говори глупостей! В твоем возрасте стыдно не знать очевидные хозяйство, Тёмка! – красавице определенно не известен ответ, но симпатия ловко выкручивается из ситуации.

Сразу вспоминается, как я оправдывалась в детстве. Приходилось вперед. Ant. после репетировать выражение лица, жесты, но красные щеки затаить не получалось никогда. После детского сада я окончательно бросила попытки и стала образцовым когда пешком под стол ходил. На неопределенный срок, так скажем.

Скромняга погружается в размышления, сминая полы серой застиранной рубашки. Краем глазенапы он смотрит на девочку, которая тем временем миниатюрными, по образу восковые мелки, пальчиками заплетает самодельную куклу.

-А волосы у нее такие с-за обморока, да? – оживляется блондин.

-Нормальные у меня кудлы! Они просто после дождя пушистые! – хриплым голосом ворчу я и тутовник же громко закашливаюсь. Сколько можно? Обычно каждый незаинтересованный кидает насмешки в сторону моей прически. Я сама не знаю, в кого такая кудрявая. За-моему, выглядит весьма необычно.

Мальчуган в изумлении раскрывает хавл, а девчонка радостно подскакивает, на эмоциях уронив куклу держи пол. Давно меня так не принимали.

-Наконец-так очнулась! Мы с Темой все утро за тобой следим, представляешь? Я этак мечтала познакомиться с тобой.

-Ты что творишь! Родители учили к старшим циркулировать на «вы» — прерывает мальчик и с серьезным лицом  протягивает ми руку. – Меня зовут Артемий, а это моя сестра Лизура. Как ваше имя?

Сдерживая накатывающий смех, с удовольствием пожимаю прохладную пригоршня. Не стоит пока ломать хрупкий мир ребенка, напитанный правилами и предрассудками.

-Дина. Очень приятно.

Лиза, лихо перемахнув сверх меня на противоположную сторону постели, отпихивает вежливого братца.

-Кончай, зануда! Она же молодая совсем, ты обижаешь ее! Дину насытить надо, а не то опять обморок случится! Живо!

-Требуется маме сообщить – обиженно бормочет Тема и с прямой, как у балерона, осанкой изящно скрывается за розовой занавеской вместо двери. Кажется, некто прошептал на выходе еще что-то, но я мало-: неграмотный расслышала.

Лиза без излишних промедлений срывает с меня одеяльце. Если бы я не увидела на себе ночную сорочку, в таком случае точно захлопала бы в ладоши такому фокусу. Кто меня переодел в оный мешок?

Девочка улавливает мое смятение.

-Ой, извини, я забыла – египетская тьма хвостик мелькает за занавеской, создавая крохотный вихрь.

Пользуясь шансом, пробегаюсь глазами около. Деревянные стены прямоугольной комнатушки изрисованы различными вариантами человечков и цветов, по образу подобает юному творчеству. О, так это же Тема! Лизы в этом месте нет, а других персонажей я не знаю. Наверное, это ее горница.

От кровати до стен не больше шага. Ми даже  жаль девочку, но она отнюдь не выглядит печальной.

Идеже я? Может меня, отыскал кто-то из деревни и принес к себя в дом? Значит, я спасена. От этой мысли существенно полегчало, но нервное дребезжание внутри подсказывает, что не тутти так идеально.

Лиза торжественно возвращается с моей одеждой.

-Держи. Переодевайся и марш завтракать. Все постирано, не волнуйся.

Кто бы сомневался.

Путем пару мгновений за столом меня поджидали мои  новые знакомые. Немолодая землячка в ромашковом халате раскладывала  кашу из чугунного котелка. Симпатия представилась Мартой и села с нами, только себя порцией приставки не- обеспечила. Марта старалась не смотреть мне в глаза и в соответствии с большей части молчала, за что я была ей признательна. Выше- же взор буквально метался по дому, фиксируя каждую гаспис.

Возле румяной занавески я обнаружила  еще две, светло-серые. In corpore интерьер выполнен из дерева: стены, полы, пару столов, табуреты-пеньки и вроде шкафчиков. Что самое интересное, здесь не оказалось окон. Без- понимаю, откуда тогда идет свет?

К чашке с овсянкой яко тать в нощи прибавился обжигающий чай и горстка черной смородины, которую я не тратя времени даром съела под лукавым взглядом Марты. Конечно, она проинформирована о недавнем представлении.

-Который меня спас? – слышу свой голос со стороны.

-Мои муж Филипп нашел тебя вчера у реки. Он присоединится к нам ближе к вечеру. Ребятня проведут тебе экскурсию, а я пока займусь делами. Располагайся – Марфа убирает со лба светлую прядь и, как пушинка, встает со стола. Тёмка зверски похож на нее.

-Подождите, я не планировала оставаться долго. В какое время в вашем селе ходит автобус в город? – я, (надо, обижу ее гостеприимство, но, однако поступлю честно. Злоключение и так затянулось.

-У нас нет никакой связи с населенными пунктами, дорогая. Не считая нашей семьи здесь живут еще пять человек, которые попали  в часть примерно твоим путем. Мы с мужем ушли в лес двадцать парение назад и не собираемся возвращаться.

Дети незаметно скрываются возьми улице, пока я ошарашенно смотрю на хозяйку дома.

-Хотя… Вы ведь знаете дорогу обратно? – я близка к тошноте.

Подросток снисходительно улыбается.

-Нет, Дина. Она нам больше далеко не понадобится. Дети ждут у входной двери – Марта начинает навалить посуду, показывая, что разговор окончен. Трудно будет вытягивать с нее нужные знания. Мне нужен кто-нибудь еще.

В полнейшей растерянности иду к ребятишкам. Нешто я попала к отшельникам? Но они не походят на таковых. Я вдоволь раз видела передачи про людей, живущих в глуши, и они выглядели, размеренно говоря, ужасно. А эта семья опрятная, к тому же с касательно функциональным домом. Да Господи, откуда бы они взяли овсянку? Фигли-то я упустила.

Открываю дверь и оглядываюсь вокруг, будто меня разыграли. К сожалению,  несть. По обе стороны от меня находятся еще за два домика. В центре лагеря оформлено  место для костра с сидениями вкруг.  Если сделать фотографию, посторонние посчитали бы, что сие примитивная турбаза. Мне даже захотелось проверить окрестности получай наличие таблички вроде «Теремок» или «Таежная сказка», однако я вовремя поняла абсурдность этого желания.

Лиза и Тема стиснув зубы ждали, пока я приду в себя.

-Где остальные жильцы? – Владычица упоминала еще пятерых.

-Они пока в домиках, появятся к ужину. Родитель считает, что первый день новому жильцу необходимо осилиться. Ты обязательно познакомишься с ними – глаза девочки смотрят через меня, словно она пытается точно процитировать отца.

Меня поуже в жильцы записали.  Неужели все так плохо?

-Пойдем, ты да я покажем тебе огородик – хлопает в ладоши Лиза и сворачивает в левую сторону. Миновав толпу деревьев, мы оказываемся в поле. Лиза горячо принимается  рассказывать об урожае, а меня изводит мысль о томище, что я застряла здесь навсегда. Как же я стану известной писательницей?

-Сию минуту самое интересное – красавица вцепляется в мою руку и ведет назад.

Ее братик как телохранитель следует за нами. Неуклюжей чредой мы движемся вперед, пока  не слышим громкий плеск воды.

Нас останавливает картинный водопад, впадающий  в реку. Мой мозг сейчас не горазд воспринимать эту красоту.

-Для купания сегодня прохладно, овчинка выделки стоит подождать денек-другой  – пожимает плечами девочка.

-Посмотрю вблизи – близкая к очередной потере сознания, окунаю руки и вытираю личико. Девчушка гордо стоит за мной, будто водопад сие ее личная игрушка.

Разлепив веки, боковым зрением замечаю в холме яркое сиреневое пятно, моментально исчезнувшее. Надеюсь, сие не галлюцинации.

-Стойте! – первый раз за время экскурсии подает гик Тёмка.

-Ты чего? – Лиза забавно хмурится.

-Там жестокий сбежало. Оно наверху! – заикаясь, бормочет мальчик. Он указывает тама же, где я видела мираж.

-Ты перегрелся что ли? А помедли, наверху? – Тёма вдумчиво кивает. Между ними идет тихий диалог: карие глаза и голубые. Меня сестра не поняла бы хоть с рупором.

-Слушай, Дина, пойдем отсюда скорее. У реки опасно. – Лиза тянет меня от воды, не позволяя хоть оглянуться. Ладно, если для них там живет ехидна, то не буду разубеждать. Должны же ребята представлять во что-то и развивать фантазию.

Мы возвращаемся в кемпинг. Лиза в панике вертит головой и вдруг показывает направление.

-Тама! – и в том же темпе выталкивает меня за пределы лагеря, из-за спину дома Филиппа. К постройке раза в полтора больше мой первого пристанища ведут ступеньки из глины, выложенные булыжниками в грубой мозаике. Лиза совершенно запихивает меня сюда, затем шепотом посылает Тему удалять и погружает нас во тьму.

Девочка зажигает свечу. Взору открывается просторное устраивание, полностью заставленное по периметру стопками из книг ото пола до потолка. В точности посередине на полу навалены теплые одеяла, в которых лежит золотистая лампа.

-Что это за поле? – запах воска напоминает дождливые вечера у старичков, приютивших меня спустя время побега. Я успела соскучиться по их милым беседам.

-Папаша говорит, для нас это школа. Взрослые называют библиотекой. Черепки сами подбирают нам книги, потому что мы через меру малы и не способны выбирать из такого множества нужную литературу. Представляешь, папка прочитал здесь абсолютно все! Когда-нибудь я стану таковой же мудрой! – с горящими глазами шепчет Лиза последнюю фразу.

Помощью мгновенье она снова становится напряженной.

-Дин… Твоя милость ведь посидишь здесь до ужина, а? У меня есть конъюнктура. Пожа-а-алуйста – Лиза умоляюще хлопает глазками, и я соглашаюсь. Я хозяйка не прочь побыть в этой необычной комнате еще чуть(-чуть). Настоящий рай для будущего  писателя и горе-филолога.

-Единственно никуда не выходи! Обещаешь?

-Хорошо – отвечаю закрытой двери.

Воцаряется ни гласа ни воздыхания. Не спеша обхожу стены и веду рукой по шершавым переплетам. О половине книг я не раз слышала и хотела прочитать, но они были слишком дорогими и отсутствовали в городских библиотеках. Занятно, в их расположении заметен решенный порядок.

Первая колонна состоит из детских сказок, хоть сколько-нибудь дальше я уже вижу рассказы и известные романы, приключения.  Замыкается ряд тремя колоннами религиозных книг.  Я определенно не увидела лишних названий: постоянно произведения по сей день считаются эталоном для общества.

В страхе чисто бы ничего не уронить, с пустыми руками ложусь нате ворох одеял и гляжу в потолок.  Мелкие трещинки древесины смахивают держи вены, по которым течет поток знаний. Ну вишь, хоть в голове немножко прояснилось.

Поразительно. За столько планирование эти люди сумели организовать собственную мелкую цивилизацию. Отчего они переехали сюда? Неужели и я остаток жизни проведу в лесу?

Противолежащий скрип подбрасывает меня в сидячее положение. С улицы заходит длинный крепкий мужчина с темными волосами и щетиной. Лизин двойник пожаловал.

-Отчего ты здесь делаешь? – с тяжелым взглядом говорит он, и я шелковичное) дерево же поднимаюсь на ноги. Глубоко вздыхаю, пытаясь умилостивлять нервы.

-Здравствуйте, я Дина. А вы, как я понимаю, Филипп? Марфа рассказала, вы спасли меня. Сожалею, что не поблагодарила вы раньше, но у меня не было возможности встретиться с вами – для одном дыхании выпаливаю в его массивные ботинки на шнуровке. Мальчик не реагирует и ждет: глаза цвета горького шоколада безвыгодный отрываются от моих, широкая челюсть плотно сжата. Неподдельный зверь в камуфляжной куртке.

-Почему вы молчите? – еле слышно шепчу я. Цедильня внезапно пересохли.

-Я жду ответа на вопрос – невозмутимость исходит с каждой его поры.

-Простите. Лиза с Артемом провели ми экскурсию, но у водопада  увидели чудовище и отвели меня семо. Они попросили посидеть тут до ужина – виновато объясняю я. Безотлагательно он подумает, что я чокнутая, раз верю в небылицы.

Яйценос внимательно сканирует меня.

-Ясно – и начинает искать книги в первой колонне. – Делать за скольких тебе у нас? – смягчается он. Да, с ним не соскучишься.

-Честный? – кивает. – Не так я представляла жизнь на природе.

-И старый и малый так реагируют.  Привыкнешь со временем.

Я должна попробовать до сей поры раз. Если Филипп здесь главный, то обязан смыслить больше. Сомневаюсь, что получу шанс часто общаться с ним.

-Я подумываю вернуться.  И (до достаточно дел натворила, да и вам доставила неудобства.

Громадная конечнос застывает на одном из названий. Если не ошибаюсь, затем лежала книга по этикету.

-Никому из нас неизвестен регрессный путь. Наобум же выбраться просто невозможно и опасно. Приставки не- советую тебе предпринимать попыток. И твое присутствие нам ка не в тягость, так что не терзай себя.

Желать завыть от досады. Я получила долгожданное спасение и одновременно отказываюсь с заветной мечты.

-Городская жизнь приносит гораздо больше страданий,  поверь  ми – Филипп идет с книгой к выходу, но я его останавливаю.

-Не грех одну просьбу?

-Говори – мужчина  не оборачивается. Да, сноровка этикета ему точно не навредит.

-Я не хочу защемлять Лизу и оставаться в ее комнате. Вы разрешите жить в библиотеке?

Филя нарочито долго думает.

-Хорошо. Я перенесу сюда твои утварь.

Как ни странно, одежду доставила Лиза. К моему рюкзаку возлюбленная добавила белый сарафан, джинсовые шорты и поношенную футболку. Откуда родом у ее матери такой гардероб?

Следом заходит Тёмка  со стопкой покрывал, ввиду этого что вечерами может быть холодно. Для удобства я сдвинула секс ближе к углу. Оставшееся время я потратила на подробное  анализ библиотеки и раздумья, позволят ли мне ей пользоваться.

С приближением вечера мое горячность разительно усилилось из-за предстоящего знакомства с другими жильцами. Задним числом недавнего стресса не помешал бы отдых в хорошей компании. Только-тол надо бы что-то сделать с волосами.

Не найдя лучшего варианта, я оторвала низок футболки и сделала повязку на лоб. Дома у меня был особливый чемоданчик для таких мелочей, но я слишком спешила, так чтоб взять его с собой.

Желудок требовательно заурчал в предвкушении нормальной еды, другой раз я услышала мягкий стук.

Что ж, посмотрим, чем обернется зачинщик день в этом забытом Богом месте.

Глава 2. Дина.

Далеко не понимаю, как за такое короткое время лицо Марты смогло перемениться до неузнаваемости. Женщина выглядит ужасно замученной, будто бродила по части пустыне, по меньшей мере, неделю.

Просторный халат сменился приталенным платьем, которое открыло полный масштаб трагедии. Кости просматриваются как под рентгеном, чресла усеяны паутиной из выступающих вен. В мыслях сразу всплывает выше- завтрак.

Давно она ничего не ест? Может, ей нужна медицинская содействие?

Хотя о чем я говорю…

Филипп, поприветствовавший нас кивком, приказал теснить посередине. Судя по всему, он заранее положил дощечки получай пни вокруг костра, чтобы гостям было удобнее. Изготовление ужина мужчина доверил себе.

Когда Марта захотела расстроить суп, он послал ей предупреждающий взгляд, и молча посадил жену для место. Никогда не встречала такого удивительного сочетания грубости и тончайшей хлопоты. Я, наверное, откажусь от порции, если Марта снова безвыгодный будет есть. Это уже не смешно.

-Да малограмотный переживай ты так. Они примут тебя – хозяйка лагеря по мнению-своему истолковала мое настроение.

Не успела я озвучить дежурный вежливый ответ, как из ближнего домика послышались голоса.  Янус пропустила довольно неординарную парочку: тучную старушку с косой прежде колена и интеллигентно одетого мистера в очках, от которого таким (образом и веет неуклюжестью. Между ними, очевидно, разгорелся спор, только по мере приближения громкость снизилась до возбужденного шепота. Мое любопытство осталось в разочаровании.

«Недобабушка» и «чудак» — пришло на ум мне, когда я разглядела собеседников поближе. Старушка одета отнюдь не по возрасту: цветочные кеды, широкие спортивные штанцы и синяя кофточка на пуговицах. Одежда ее противника, вразрез, выделяется за счет окружающей обстановки: на белоснежную рубашку натянуты черные помочи, которые он каждые полторы секунды поправляет.

Этим жестом интеллигентик напоминает девочку-подростка, осмелившуюся надеть платье на бретельках, только не предусмотревшую откровенности наряда.

Спорящие садятся на смежную скамью. Объятия Марты усилились, эпизодически Филипп оказался по правую сторону от меня. Ми начинает казаться, что женщина чувствует мой страх преддверие ее супругом. Она до жути проницательна.

Тем временем изо следующего домика выходят  крепкий татуированный панк с миниатюрной рыжей девушкой. Они держатся вслед за руки и, наверняка, больше, чем просто знакомы. Что из-за день? Контраст на контрасте.

Влюбленные присаживаются напротив первой парочки, заставляя их прервать шепот и повернуться лицом к Филиппу.  Старушка все же безграмотный упускает момент, чтобы шлепнуть чудака до такой степени, кое-что тот роняет очки. Будет весело.

Марта, наконец-так, отпускает меня и наклоняется к рыжеволосой девушке. Та как в один прекрасный день расположилась ближе к хозяйке.

-Где она?

Девушка виновато пожимает плечами, ее детское веснушчатое личико мрачнеет. Филюха привлекает всеобщее внимание.

-Добрый вечер, друзья. Сегодня у нас необычный вечеря. В нашем тесном кругу долгожданное пополнение. Знакомьтесь, это Дина. Возлюбленная еще не до конца освоилась здесь, поэтому прошу вам быть благосклонными и помочь девушке почувствовать себя дома.

Сию минуту в команде Филиппа все глаза устремляются на меня, захлестывая неподдельным интересом. Они его дозволения ждали почто ли? Чувствую себя диковинной зверюшкой.

-Я Кристина. – Махает рукой рыжеволосая. – А сие Антон.

Ее кавалер криво улыбается, поигрывая колечком в губе.

-Подруга Тася –седая женщина поднимает  два пальца в воздух.

Я, отнюдь не удержавшись, звонко хихикаю.

Завершает обмен любезностями джентльмен.

-Якуша. Но все зовут меня Яшей. – Его голос определённый и хорошо поставлен. Такой мелкой нестыковке я уже не удивляюсь.

Трус Тася громко прыскает, заставляя всех засмеяться, а Яшу оробеть, как китайский флаг.

-Угомонитесь, Таисия Павловна, умоляю!

-Отнюдь не будешь больше по чужим грядкам лазить, биолог!

-Баста. – Усмиряет их Филипп, на его губах тень улыбки — Тася иногда заносчивой, у нее своеобразное чувство юмора – обращается он ко ми.

-Скорее его отсутствие – обижается Яша.

-Ну, ну, полноте. Проявите уважение к гостье! Давайте сначала поедим, может, если так подобреете – Марта под недовольным взглядом мужа начинает разливать солянка. Ко мне в первую очередь попадает похлебка из картофеля, мяса, кусочков моркови и трав. Жду момента, когда-когда Марта наложит себе, и, удостоверившись в этом, заметно успокаиваюсь.

Пробую пирушка. На вкус отлично, только обжигает. Какое-то благоп мы молча поглощаем пищу. Обычно я всегда начинаю разговорец за столом первой, но в этом случае я вдруг застеснялась.

Первой меццо-сопрано подает Кристина.

-Как ты оказалась в лесу, Дина? Наш брат уже совсем отчаялись увидеть нового посетителя.

Собираюсь с мыслями. Я маловыгодный могу винить их. Я ведь совершенно незнакомый человек, они был вправе узнать меня лучше.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ НА ЛИТРЕС, Газ.РУ

Содержание 2